Category: образование

Терентьев Издающий

6 ноября. Среда

Вчера умер Ян Эрик Конгсхауг. Лучше Кирилла Мошкова все равно не напишу, поэтому просто от себя скажу, что человек сильнее остальных повлиял на мое восприятие записанного звука, звукорежиссуры. Хороший был.

Весь день готовил видео по нотному набору. В ютубе их совсем нет хороших. Как всегда, потратил на это в сто раз больше времени, чем думал. К срочным делам не прикасался.

Ближе к полуночи прошелся по Таллину. Возле железнодорожного вокзала повстречал лису. Откуда она там взялась — неясно. В лесу, до которого от вокзала очень неблизко, видимо совсем нечем кормиться. Climate change в действии. У лисы, как водится, хвост, кончик белый. Но прямо перед белым где-то 10-сантиметровый участок без шерсти — тупо голый звост, тоньше, чем у кошки. Жалкое зрелище. Холод еще такой собачий наступил. Бедняга.

Кстати, этот клаймит чейнджь напомнил такой случай. Подслушал я как-то разговор молодой пары за соседним столиком. Оба оказались PhD студентами. Дело в Хельсинки, сидим напротив Johanneksenkirkko, у которой крыша медными листами покрыта. Парень спрашивает, почему крыша зеленая. Девушка отвечает, что не знает, но думает, что это какой-то air pollution и признак плохой экологии в городе. 

Клиентов в онлайн-магазине 21, заказов 0

Телеграм

дети

Приснился №1

Kremer_1977_Suur_MV1-500x800

Приснилось, что Гидон Кремер — пианист и композитор для фортепиано преимущественно, да еще и работает в каком-то петроградском ВУЗе, по планировке напоминающим сыктывкарскую СОШ № 36, т.е. типичную панельную школу с планировкой в виде буквы Н.
   Я жду Кремера в корридоре со вчера, чтобы договориться об издании каких-то фортепианных пьес. Да, жду со вчера, даже бельишко постельное принес: простынку на пол постелил прямо возле учительской-преподавательской, разделся, в одеяло укутался да и уснул.
   Наутро, учительская-преподавательская все закрыта, только из ближнего класса доносится бормотание кого-то из преподов, что, мол де у кого-то там «длинные дела». И его эта фраза все в покое оставить не может, все повторяет: «длинные дела, длинные дела». А потом еще достает подробную карту какого-то субъекта федерации или административного образования, наверное Республики Коми, и начинает черным маркером проводить по всем рекам, речушкам и ручейкам на карте, как бы изображая «длину» этих чьих-то «дел». Долго выводит, старательно, длинно, из маркера тушь сильно течет. И вот уже на карте лужа все растет и растет — чернилохранилище! Препод берет карту в руки, начинает раскатывать по ней эту лужу. А потом встает, выходит из класса (тут уже и я одеваться начал, постель собирать), и, заприметив меня, спрашивает, чего жду.
— Кремера, — говорю, — жду.
   А он мне: «Кремера-то не достать. Он в Швейцарии и Сан-Франциско!»
   И проснулся.